пятница, 2 марта 2018 г.

Китай, Гуанчжоу. Остров Шамянь и Опиумные войны.

Знаю, знаю давно не писал, не досуг было, да и с момента посещения Поднебесной прошел уже год с лишним. Но творческий кризис, куча навалившихся из неоткуда проблем и полное нежелание пользоваться интернетом, сделали свое грязное дело. Каюсь.
Как вы помните, последний мой рассказ был из китайского городка Жианоу, где мы имели удовольствие переночевать. Не смотря на свои небольшие размеры, городок оказался дружелюбным, жители отнеслись к нам очень по-доброму и даже насыпали полные карманы вкусного зеленого чая в дорогу. Это был последний отрезок нашего автопробега по Китаю, уж очень я не люблю слово «Крайний», хотя многие применяют именно его. Не люблю и все, крайний может быть только тот, кто стоит в очереди и или тот, кто в ответе за все, - т.е. «Крайний».

Гуанчжоу


До четвертого по величине города Китая - Гуанчжоу пути 900 км. Ехали мы весь день, весь вечер ехали и … К часу ночи прибыли в стольный град Кантон (Гуанчжоу). Дорогу я описывать не хочу и не буду, хотя местами попадались такие шикарные виды, что не остановиться и не посмотреть на всю эту красоту заморскую было просто невозможно! Горы, реки, озера, чего там еще по списку …? Да всего то и не упомнить, но дюже красиво. И вот мы в городе, осталось найти ночлег.



В старом и вонючем от табачного дыма отеле, где мы жили до этого, с шикарным видом на развешанное нижнее белье на балконах соседнего дома, селиться не хотелось. Хлебнули, так сказать настоящей китайской жизни так, что и сейчас спустя год першит, от этих воспоминаний в горле. Наученные горьким опытом, мы ринулись сразу проверять наличие свободных номеров в отелях сети 7days и нам повезло! С 5-6 попытки даже смогли вселиться. Конечно не сразу, быстро только кошки родятся, Это Китай детка! Часок затупов на ресепшене отеля, где стаф не понимал никаких языков, бесконечное ксерокопирование паспортов и прочих прелестей языкового барьера и вот оно счастье! Два почти мертвых тела рухнули на кровати в своих номерах. Что мне снилось тогда не помню, но спал крепко. В городе нужно было провести еще 3 дня, поэтому сразу же как проснулся, начал составлять маршрут своих пеших прогулок по этому интересному и красивому городу. В каких-то местах я уже был, какие-то видел мельком, ну а каких-то слышал или читал в газете «Жэньминь жибао». Конечно я все посетил, но свое повествование разобью не в хронологическом, а в тематическом порядке.


Наибольший интерес для меня представлял Остров Шамянь или Шамиан (Shamian Island), в переводе с китайского (кантонского) - «Песчаная поверхность». С одной стороны, этот сказочный остров размером 1000 на 300 метров омывают воды Жемчужной реки, а с другой воды грязного и вонючего безымянного канала, через который переброшены пару мостов на материковую часть Гуанчжоу. Небольшой островок, но с какой историей! Интересно? Тогда усаживайтесь поудобней, я все расскажу.



Так уж сложилось, что островок практически сразу стал важным торговым портом для Кантона. Приглянулся он британским и французским военные и те недолго думая практически навязали династии Цин договор, согласно которому этот остров отошел хитрым европейцам. На острове тут же начали возникать первые сооружения в европейском стиле того времени: резиденции, особняки, офисы, банки, отели и церкви. Вдоль набережного канала возникли дома известные, как "Тринадцать фабрик. Территория острова была разделена на две части: Британскую и Французкую, доступ самих китайцев на этот остров тут же жестко ограничили. На мостах установили решетки и на ночь их стали закрывать. Казалось бы, отжали маленький островок, - Китай большой, не заметят. Живи себе спокойно, торгуй чаями, фарфором, да шелками с Европой, но нет, платить то серебром нужно. А серебро понятно дело самим пригодится, отток серебра правительство Великобритании рассматривало, как реальную угрозу денежной системе и экономике страны в целом.



По началу британцы думали поступить по-дружески и отправили торговую миссию во главе с лордом Джорджем Маккартни с лучшими образцами английской продукции, аж в Беджин (Пекин), где в то время о иностранных посольствах и слышать не слыхали. Увидел император Цяньлун, товары диковинные, обрадовался, да и забрал, как «дань от варваров». Там понятно пир горой на весь Китай, чай рекой, да пляски с драконами тряпошными, а Маккартни стоит, глазками хлопает, понять не может, чего за маскарад, да по какому поводу? Литра 3 чая выпил, пока не понял, что дескать кинули его китайцы хитрые, не надо им ничего, от своего китайского хлама полки ломятся. Делать нечего, вернулся Маккартни в Лондон и сразу на поклон в королевские покои жаловаться на узкоглазых. Слезы ручьем, кулаками трясет, в общем жалкое зрелище. Королева Виктория понятно в депрессии, чуть климакс не приключился у царской особы, что за хрень творится? Великобритания уже пол мира захватила, «Мастерская Мира», как никак, а тут какие-то китайцы, морду воротят. Собрала значит все начальство Ост-Индийской компании и говорит, пацаны такая вот петрушка, это же убытки в чистом виде, надо что-то с китаезами делать, вот вам 3 дня на размышления, а то головы с плеч полетят. И ушла такая молча, своими бабскими делами заниматься. А в Ост-Индской компании дядьки все серьезные, с бородами и бакенбардами, у кого лысина уже на пол башки. Ну и на измену все, как один подсели, несмотря на мудя седые. Думают день, второй, третий, уже не одно ведро чифира из чая со слоником выпито и мысли то вроде верные, а все не то. Может столицу в ебеня перенести как в Индии с Калькуттой поступили? Поржали, такие, как индусы теперь без моря в Дели мучаются, логистика то нарушилась, растят на грядках снотворный мак для опиума, и за дарма британцам продают. Так это же мысль - опиум! Вон голландцы уже пол Тайваня на него подсадили. Сразу бегом к королеве британской, пиши мол матушка телеграмму, пущай из Индии корабли, груженные адским зельем, высылают прямиком в Китай.



Опиекурение моментально распространилось с юга на весь Китай. Курить эту дрянь начали практически все, включая детей, беременных женщин и военное командование Поднебесной. У императора паника, уже совсем не до чаепитий и танцев, считай национальная трагедия приключилась. Вроде свиту надо на совет собирать, решать, как бороться с отравой этой, а больше половины чиновников важных укуренные в хлам валяются, глаза стеклянные, бред какой-то мямлят невразумительный. Нормальных придворных в адеквате, во всей империи всего пару человек. Они ему в ухо то и шепчут: «Кормилец, ты бы это, Линь Цзэсюя позвал бы, он мужик жесткий, эту дрянь у себя в провинции Хугуан моментов вывел». Ну император понятно дело повеселел немедля, пуэрчику тяпнул, на радостях и гонца послал за Линь Цзэсюем. Через недельку тот прибыл во дворец весь такой при параде, бородка, как у Хошимина, бусы нефритовые до пупа. Такой, сразу видно серьезный мужчина. Ну император тут же его к трону приблизил и назначил чрезвычайным уполномоченным высшего ранга для расследования опиумных дел в провинции Гуандун и командующим морскими силами этой провинции, для пущей важности (с сохранением поста наместника Хугуана естественно). Бери говорит дружище карт-бланш на борьбу с опиумным зельем в масштабах империи. Линь понятно долго ждать не стал, издал приказ по пресечению контрабанды опиумом английскими торговцами. Окружил басурман китайскими войсками в единственном открытом для иностранцев порту на Острове Шамянь и заставил купцов сдать все запасы опиумного мака. Ну те со страху и отдали все, что было до послей унции, ни много, ни мало 20000 ящиков опиума, а как тут не испугаться, когда миллион разъяренных китайцев шашками над головой машут, орут: «Цыга, цыга, цыга». Нагнали ужаса, кошмар просто, там потом штаны все неделю стирали. А для пущей строгости Линь Цзэсюй написал пару грозных писем самой королеве, о запрете употребления опиума на территории Китае и даже требовал прекратить производство наркотика в Англии и землях, ей подчинённых. А опиум, наглядно весь сжег.



Королева Виктория, письма такая прочла, убытки на счетах из слоновой кости подсчитала, прифигела конечно немного от наглости такой и говорит: «По моему, это перебор». Лорды всякие и пэры переглянулись, молча так, все поняли, собрали палату общин и решили, что это недоразумение обидное нужно перенести в военную плоскость немедля. И весной 1840 года, не объявляя формально войну Китаю, послали в Гуанчжоу военную эскадру! 20 новеньких боевых кораблей и с пол сотни разных судов. Англия над сказать, тогда была еще и «Владычицей морей», поэтому обстреляли город из корабельных пушек с особым цинизмом и жестокостью, дважды штурмовав и захватив его. Но на этом решили не останавливаться, собрали обозы и двинулись походом вдоль побережья на Беджин, а те, кто высадиться не успел захватили Гонконг по близости и устроили из него военно-морскую базу назвавшись экспедиционным корпусом.



Ну понятно, матросня, выкатили бочки с ромом и IPA тут же и давай куролесить, да безобразия нарушать. Обоз идет, потихоньку, насильничает, лиходействует, китайские императорские войска отступают и ни какое кунг-фу не помогает, а экспедиционный корпус бухает. Но не было бы счастья, несчастье помогло. Привезенное бухлишко быстро закончилось, а аборигены, тут же смекнув, что к чему, задрали цены на все до безобразных размеров и тихонько смеются, про себя, смотрят на иноземцев, как те похмеляться будут. Бошка трещит, во рту кошки насрали, серебро то понятно жаба душит тратить, а бухнуть хочется. Ясен пень ловить тут больше нечего, и сэр Вильям Паркер, как самый трезвый говорит: «Давайте тут гарнизон язвенников и не пьющих оставим, а сами снарядим эскадру и военным маршем на Беджин, тухло и скучно тут без бухла сидеть». Экспедиционный корпус, 3000 голов все как один одобрили эту мысль, снарядили эскадру 36 судов и 4 парохода и тут же в путь. Первым на пути эскадры оказался город Амой. Вокруг города каменная стена девять метров высотой и пятнадцать верст длиной, рвы, укрепления с пушками, гарнизон 6-10 тысяч солдат, ну все как положено для тех времен. Англичане, как увидели, что китайцев раза в 2-3 больше, сразу парламентера и отправили, мол сдавайтесь по-хорошему. А китайцы не то, что тогда и сейчас по-англицки не бельмес, британцы ждали, ждали, ответа нет и нет и начали атаку. Разбомбили все укрепления и высадили десант. Ну те естественно тельняшки на груди рвать, бегом через пролом в стене в город. А он пуст, вообще никого, прям как испарились, ни жителей, ни гарнизона. Нашли значит весь алкоголь, за пару дней выпили и оставив небольшой гарнизон, двинулись дальше на север к острову Чжоушань. Шли месяц песни орали во всю глотку, рисовую водку пили, короче никуда особо не спешили. Ну и тут по отработанному сценарию разбомбили и захватили все к чертям. А тут, как назло дело к зиме, да и воевать надоело уже, все сидят такие депресняк сезонный и дверь такая распахивается, это разведчики вернулись и доносят, что город Нимбо неподалеку, китайцы бросили и убежали в диком ужасе. Вот это поворот! Британцы тут же галопом туда, а там реально ни одной души, дома стоят почти нулевые и все брошены. Да это просто праздник какой-то! Тут же согласно военной иерархии заселили всю недвижимость, согласно званиям, чинам и военным почестям на зимовку. А пока китайцы пару лет войны отступали, королева то и дело наращивала численность своих военных сил. И так увлеклась, что армия достигла численности 15 тысяч человек и 80 кораблей эскадры, разделенных на пять дивизий. Ударную силу составляли 6 пароходов и около 10 тысяч солдат десанта их тоже всех по близости расселили, потому, что домов, брошенных было очень много.



Ну а потом там праздники всякие начались, Рождество, да Новый Год, пьянки, гулянки, «Ты меня уважаешь?», короче не до войны. Зима прошла весело и незаметно, весной конечно все такие огурчиком и давай новые военные задачи ставить, карты наступлений рисовать, стратегии всякие придумывать, солдатиков расставлять и штурмы репетировать. Короче увлеклись и только летом продолжили войну, практически без усилий и потерь захватив город Усун и Чжэньцзян. На пути оставался только город Нанкин, с населением в миллион человек. Тут просто так 2 убитыми не отделаешься, да и солдаты армии королевы, неожиданно начали от экзотических болезней сраться, да умирать, как мухи еще на подступах к городу. Генералы конечно, тут же за голову схватились, типа нифига себе пули не брали, без потерь дошли, а тут ящур поголовный, денге, да трисичуха. Медики, клизмы не успевают ставить, лазарет на лазарете, от крестов в глазах рябит. Лекарств, нет из мазей только вазелин остался. И тут сэр Г. Поттингер говорит: «Может опять переговорщика пошлем, уж очень не охота там срамно сдохнуть?», ну и послали значит. А там на счастье в городе один мужик из миллиона по-англицки понимал, к нему переговорщика подтянули, он все перевел градоначальникам. Те от радости запрыгали, вот фартонуло, а мы уж умирать собрались, завещания уже написали. Такой расклад обрадовал всех и через три недели после начала переговоров, 29 августа 1842 года на борту английского флагмана «Корнуолл» был подписан позорный и унизительный Нанкинский мирный договор. Согласно условиям которого, китайское правительство соглашалось на выплату в течение трех лет огромной контрибуции в размере 21-го миллиона серебряных долларов в качестве возмещения ущерба, причиненного английским подданным. Кроме того, Китай открывал для свободной торговли с иностранными купцами города: Гуанчжоу, Шанхая, Амоя, Фучжоу и Нинбо, а Гонконг и вовсе отошел в вечное пользование Великобритании.



Сейчас остров он олицетворяет собой историческое прошлое города. Многие старинные здания имеют таблички с указанием года постройки. Узкие извилистые улочки, вековые деревья, сувенирные лавки, уютные кафе и католические церкви. Здесь почти нет зданий китайской архитектуры - сплошь белокаменные особняки с лепниной и французскими окнами. Атмосфера этого места очень сильно отличается от остального мегаполиса, располагая своим особенным уютом и антуражем.



Комментариев нет:

Отправить комментарий

comments powered by HyperComments